4039, О клинописи: дело запутывается Послано Markab, 08-06-2007 09:51
///Маркаб, основное вы угадали в своих выводах в статье, а именно: чем лучше сохранность таблички - тем сложнее понять что там написано.../// Самое поразительное, ситуация гораздо хуже и запутаннее, чем я себе представлял, когда писал прошлые сообщения. Вот ссылка на сетевую версию словаря Брокгауза по этой теме: http://www.cultinfo.ru/fulltext/1/001/007/017/17415.htm
Не уверен, в качестве сетевой информации, которая выложена непонятно кем, но этим можно пользоваться в качестве ориентировки:
Если предположить, что эти отделенные между собой группы знаков были слова, то, судя по множеству знаков в каждом слове, можно было думать, что знаки означают собой буквы, а не слоги. Затем можно было догадываться, что надписи нужно читать слева направо, так как слева все строки шли правильно, одна под другой, не выступая из одной линии, между тем как справа оконечности их были неровны. Эти соображения послужили исходной точкой, отправляясь от которой немецкий ученый Гротефенд произвел свое гениальное открытие (1802 г.). Он заметил, что клинообразные надписи обыкновенно начинались тремя или четырьмя словами, из которых одно разнообразилось, а другие оставались без изменения. Изменяемое слово имело три формы, хотя на одном и том же памятнике оно появлялось постоянно в одной и той же форме. Отсюда Гротефенд предположил, что изменяемое слово, вероятно, есть имя царя, а следующие за ним, неизменяемые, означают титулы царя. Одно из предполагаемых имен встречалось в надписях чаще других, и так как оно по количеству знаков было слишком коротко для имени Артаксеркса и слишком длинно для имени Кира, то можно было наудачу догадываться, что оно означает собой или Дария, или Ксеркса. Опираясь на свидетельства классических писателей, что некоторые из памятников с подобными надписями были поставлены Дарием, Гротефенд предположительно придал составляющим начальное слово одной надписи знакам значение, соответствующее буквам имени Дарий в его древнеперсидской форме (Дарайявус) Так у него получилось предположительное чтение шести клинообразных букв. Обладая таким запасом букв, он обратился к исследованию другого царского имени, которое также встречалось в нескольких надписях и имело приблизительно такую же длину, как и имя Дария. Это слово, по его предположению, могло быть именем Ксеркса (по-древнеперсидски Хсайярса); но если так, то заключающаяся в середине его буква P должна по своему клинописному знаку соответствовать подобному же знаку третьей буквы в слове Дарий. К необычайной радости ученого, так именно и оказалось в действительности: в обоих словах буква p изображалась группой, состоящей из трех горизонтальных клиньев и одного отвесного — . Это было лучшим доказательством, что Гротефенд находился на верном пути к чтению клинообразных надписей. В этом окончательно убедило его исследование еще одного длинного имени. Оно представляло собой ряд знаков, из которых вторая половина была совершенно тождественна со знаками в имени Ксеркс. Ясно отсюда, что это было не что иное, как начертание имени Артаксеркс. Что это было действительно так, не могло быть никакого сомнения ввиду того, что вторая буква в нем по своему начертанию была тождественна с начертанием буквы P в прочитанных ранее именах. Получив таким образом некоторый запас определенных по своему звуковому значению знаков, Гротефенд с помощью его приступил к чтению неизменяемых слов, следовавших за именами царей, и в одном из них отгадал древнеперсидское слово царь (хсайятия), которое, постоянно следуя за собственными именами царя, немедленно повторялось еще раз, предшествуемое еще одним неизменяемым словом, очевидно, означавшим "великий". И вот немецкий ученый, к изумлению всего мира, привыкшего смотреть на клинопись, как на неразрешимую загадку, ключ к которой потерян навсегда, прочел первые строки клинообразных надписей, которые в его переводе гласили: "Дарий, царь великий, царь-царей", "Ксеркс, царь великий, царь-царей" и т. д. Самому Гротефенду, впрочем, не удалось закончить начатого дела, и существенные успехи в этой области были сделаны лишь много лет спустя, когда более основательное изучение древнеперсидского (зендского) языка дало в руки ученым больше лингвистического материала при разборе надписей. Этим материалом с блистательным успехом воспользовались такие ученые исследователи, как француз Бюрнуф, немец Лассен, и англичанин Генри Роулинсон (которому, между прочим, принадлежит открытие и исследование длинной надписи Дария на скале в Бегистуне). Они составили небольшой алфавит и при помощи его начали переводить древнеперсидские надписи. Чтение персидских клинообразных надписей, таким образом, сделалось совершившимся фактом, и теперь оставалось еще только разгадать два других текста, значившихся на тех же клинописных памятниках. Но задача эта была не легкая. Слова в этих текстах не отделялись одно от другого, и знаков было чрезвычайно много. С помощью, однако, собственных имен царей и эти два текста мало-помалу уступили терпеливой настойчивости и прозорливости ученых исследователей, которые наконец открыли, что одна из них была на первобытном кушитском языке, а другая на языке очень похожем на еврейский язык Библии. Клинописные памятники, почти вслед за тем найденные Боттой и Лейярдом в Ассирии и Вавилонии, показали, какому именно народу принадлежал язык последней надписи. Найденные в развалинах Ниневии клинописные плиты оказались написанными на том же языке и представляли ту же самую систему клинообразного письма, которая в упрощенном виде была усвоена персами. Отсюда стало очевидным, что последняя надпись была на языке семитского населения Ассиро-Вавилонии, для которого персидские цари и предназначали, между прочим, свои указы. Для проверки найденного таким образом ключа к чтению клинообразных надписей вскоре открылось обширное поприще в громадных письменных сокровищах Ниневийской и других библиотек, открытых под мусором развалин. Хотя раскопка их началась еще недавно, масса собранного и прочитанного литературного материала древней Ассиро-Вавилонии даже теперь во много раз больше всей Библии. Несмотря на встречающиеся затруднения, искусство чтения клинописи быстро развивается с каждым годом и теперь уже ассириология (как стала называться наука чтения клинописи) не представляет собой секрета немногих специалистов, а распространена в кружках довольно широких. Разбирать клинопись в ее печатном воспроизведении гораздо, впрочем, легче, чем на клинописных памятниках.
Основной смысл этой пространной выдержки состоит в следующем: 1) месопотамская письменность основана не на иероглифах, а на алфавите, то есть из отдельных смиволов. 2) существовало несколько языков клинописного письма (кушитский и еврейский), и варианты "обычный" и "упрощенный" (персидский).
Тогда вопросов к разбираемым табличкам LBAT 1413, 1452 и 1456 становится еще больше. На каком языке написаны таблички? Это символьная запись или "иероглифическая"? Почему перевод табличек такой плохой?
///Я думаю, в этом открытии ответы на многие вопросы :о)/// Никакое это не открытие - "ученым" ТХ это вполне известно. Представляю сколько на этом материале было защищено всяких диссертаций, собрано денег по всяким грантам и с доверчивых антикваров. Нужно бы посмотреть как "читаются" другие "астрономические" таблички.
|