Г.В.Носовский, А.Т.Фоменко
ПОТЕРЯННЫЕ ЕВАНГЕЛИЯ.
Новые свидетельства об Андронике-Христе.

Знаменитый Пифагор, бог Аполлон, чудотворец Аполлоний, ветхозаветные патриархи Исав, Иаков,
а также Иов и пророк Исайя являются отражениями Христа.

Глава 1.
ЗНАМЕНИТЫЙ "АНТИЧНЫЙ" АПОЛЛОН-АПОЛЛОНИЙ ЯВЛЯЕТСЯ ОТРАЖЕНИЕМ АНДРОНИКА-ХРИСТА. ПЕРВОЕ ПОТЕРЯННОЕ ЕВАНГЕЛИЕ - ЭТО"ЖИЗНЬ АПОЛЛОНИЯ ТИАНСКОГО" ФЛАВИЯ ФИЛОСТРАТА.

45. НЕУДАЧНАЯ ПОПЫТКА ДОМИЦИАНА-ИРОДА УБИТЬ АПОЛЛОНИЯ-ХРИСТА. ЧУДОТВОРЕЦ СПАСАЕТСЯ БЕГСТВОМ. ДЕМЕТРИЙ И МАРИЯ.


рис.1.59

В евангельской версии Святое Семейство, напуганное царем Иродом, спасается бегством в Египет. Иосиф, Мария и Младенец Иисус покидают Иудею и направляются в далекую страну. Этот сюжет - один из самых популярных в средневековой живописи, рис.1.59.

Согласно Филострату эти же события развивались следующим образом. Поняв, что ему угрожает опасность, Аполлоний отплывает в страну италов и сикулов, встречает перепуганного Деметрия и обсуждает с ним сложившуюся ситуацию.

<<С таким вот умыслом Домициан и отписал проконсулу Азии, ВЕЛЯ ЕМУ СХВАТИТЬ ТИАНИЙЦА И ДОСТАВИТЬ ЕГО В РИМ. Однако же Аполлоний с присущей ему божественной прозорливостью все узнал наперед и сказал товарищам, ЧТО ПОРА-ДЕ ЕМУ ОТПРАВЛЯТЬСЯ В НЕКОЕ СОКРОВЕННОЕ СТРАНСТВИЕ... Он не объяснил решения своего даже Дамиду, с коим и уплыл в Ахайю. Сойдя на берег в Коринфе и почтя полуденное Солнце обычными обрядами, ОН В ТОТ ЖЕ ВЕЧЕР ОТБЫЛ В СТРАНУ ИТАЛОВ И СИКУЛОВ... и... на пятый день плавания достиг Дикеархии.

Тут он повстречал Деметрия, почитавшегося храбрейшим из философов, ибо жил он неподалеку от Рима. Зная, что ДЕМЕТРИЙ ТРУСИТ ПЕРЕД ТИРАНОМ, Аполлоний все же шутливо промолвил: "Вот я и поймал тебя!" ... ДЕМЕТРИЙ ОБНЯЛ ДРУГА и после приветственных слов воскликнул: "Боги, что же станется с философией, ежели подвергает она опасности столь великого мужа? - "А какая ОПАСНОСТЬ?" - спросил Аполлоний. "Та самая, КОТОРУЮ ПРЕДВИДЯ, ТЫ И ЯВИЛСЯ СЮДА, - отвечал Деметрий... Давай-ка обсудим все эти дела, только пойдем в такое место, где можно побыть наедине, а Дамид пусть останется с нами...

Но скажи мне, Деметрий, как, по-твоему, следует мне говорить и действовать, ЧТОБЫ ПОМЕНЬШЕ БОЯТЬСЯ?" - "Брось свои шутки и не ври, будто боишься того, о чем знал заранее, - когда бы ты и вправду боялся, ТЫ БЫ УЖЕ УДРАЛ ПОДАЛЬШЕ ОТ ВСЕХ ДОНОСОВ". - "А ТЫ БЫ УДРАЛ, КОГДА БЫ ТЕБЕ ВОТ ТАК УГРОЖАЛИ?" - "Клянусь Афиной, Я НЕ УДРАЛ БЫ НИ ОТ КАКОГО СУДА, НО ТУТ-ТО НИКАКОГО СУДА И НЕТ - ХОТЬ ЗАЩИЩАЙСЯ, ХОТЬ НЕ ЗАЩИЩАЙСЯ, НИКТО И СЛУШАТЬ НЕ СТАНЕТ, А ЕЖЕЛИ И ВЫСЛУШАЮТ, ТАК ВСЕ РАВНО УБЬЮТ, ДАЖЕ И БЕЗО ВСЯКОГО ПРИГОВОРА. Неужто ты согласен, чтобы я хладнокровно избрал столь рабскую и философу непристойную смерть? По-моему философу прилично умереть ради свободы отечества или ради спасения родителей... Но умирать ради пустого краснословия, тем помогая ТИРАНУ казаться поумнее, - это куда несноснее>> [876:2a], с.148-149.

Итак, что же здесь рассказано?

# БЕГСТВО. - Аполлоний, спасаясь от преследующего его тирана Домициана, бежит в страну италов и сикулов. Причем бежит вместе с Дамидом и вскоре встречает своего друга - философа Деметрия-Деметру.

Скорее всего, перед нами - евангельское бегство Святого Семейства в Египет. Спасаясь от Ирода, Иосиф, Мария и Иисус покидают Вифлеем. В обеих версиях здесь на сцене - ТРИ СПАСАЮЩИХСЯ ЧЕЛОВЕКА. Аполлоний - это Христос, Деметрий - это Мария, а Дамид здесь символизирует Иосифа, отца Иисуса.


рис.1.76

# ЕГИПЕТ - ЭТО РУСЬ-ОРДА. - Как мы показали в книге "Царь Славян", император Андроник-Христос покинул Царь-Град = Иерусалим и отправился на Русь. В книге <<Завоевание Америки Ермаком-Кортесом и мятеж Реформации глазами "древних" греков>>, мы показали, что в данном случае страна италов и сикулов - это опять-таки Русь-Орда. Следовательно, мы видим согласование нескольких старинных рассказов. Получается, что Аполлоний-Христос со своими двумя спутниками-друзьями направляется именно на Русь, то есть в библейский Египет. Куда, согласно Евангелиям, и бежало Святое Семейство.

# МАТЬ ИСПУГАНА. - Деметрий-Деметра перепуган кознями Домициана и проявляет, по мнению Аполлония, малодушие. Деметрий заботится об Аполлонии, разъясняет ему суть происходящих событий, обнимает Аполлония. Вероятно, так на страницах Филострата описана Дева Мария. Мать, заботящаяся о Младенце Иисусе, естественно, напугана происходящим. На многочисленных иконах и старинных картинах ее изображали ОБНИМАЮЩЕЙ ХРИСТА во время бегства в Египет. Она едет на осле, а на ее руках - маленький Христос, которого она бережно прижимает к груди, рис.1.76.

# ВНЕСУДЕБНОЕ ПРЕСЛЕДОВАНИЕ. - У Филострата четко звучит тема, что преследование Аполлония-Христа носит явно внесудебный характер, что речь идет не о справедливом суде, а о коварной попытке убийства Аполлония, устранения конкурента. То же самое мы видим и в Евангелиях.

Любопытно, что в этот момент Филострат, проводя параллель с обвинениями, выдвинутыми против Аполлония, упоминает о суде над Сократом, которого тоже оклеветали враги и добились его казни [876:2a], с.148-149. Все верно. В книге <<Христос и Россия глазами "древних" греков>> мы показали, что знаменитый философ Сократ - это одно из отражений императора Иисуса.

Далее Филострат приводит длинную беседу Аполлония-Христа и Деметрием-Марией. Они рассуждают о необходимости бегства от преследований тирана. По ходу дела отмечается, что Деметрий ПЛАЧЕТ, ОГЛЯДЫВАЕТСЯ, УТИРАЕТ СЛЕЗЫ, ПОКРАСНЕЛ [876:2a], с.152-153. Опять-таки все это неплохо соответствует тому, что филостратовский Деметрий является отражением испуганной женщины Марии, Богоматери. Расстроенной обрушившимися несчастьями, плачущей и т.п.

 

46. ДАЛЕЕ ФИЛОСТРАТ "СКЛЕИВАЕТ" НАЧАЛО ЕВАНГЕЛИЙ С ИХ КОНЦОМ. У НЕГО ПРЕСЛЕДОВАНИЕ МЛАДЕНЦА ИИСУСА ИРОДОМ I ПЛАВНО ПЕРЕХОДИТ В ПРЕСЛЕДОВАНИЕ ВЗРОСЛОГО ХРИСТА ПРИ ИРОДЕ II, ЗАВЕРШИВШЕЕСЯ РАСПЯТИЕМ.

Здесь мы наталкиваемся на интересное обстоятельство. Как сейчас выяснится, во второй части своего труда Филострат основное свое внимание уделил НАЧАЛУ истории Христа и ее КОНЦУ. При этом он опустил все остальные евангельские сюжеты, то есть перескочил от детства сразу к последним дням жизни Иисуса. Иными словами, Филострат подробно сообщил о преследовании Младенца Иисуcа злобным царем Иродом I, после чего СРАЗУ ЖЕ перешел к рассказу о преследовании уже взрослого Христа во время царя Ирода II. Понятно, откуда возникла путаница. Скорее всего потому, что в обоих сюжетах упоминается "царь Ирод". Далее, повторно звучит одна и та же тема БЕГСТВА ХРИСТА. В детстве - это его удавшееся БЕГСТВО в Египет. А незадолго до распятия - это нежелание Христа спасаться БЕГСТВОМ от надвигающейся на него опасности. Иисус предвидит все дальнейшие события - предательство Иуды, свой арест и казнь. Страшится этого, но не бежит прочь, хотя такая возможность у него есть. Иисус сознательно идет на предстоящие страдания во имя спасения человечества.

Более того, в "царской версии" императора Андроника-Христа ПОПЫТКА БЕГСТВА АНДРОНИКА ИЗ МЯТЕЖНОГО ЦАРЬ-ГРАДА ДЕЙСТВИТЕЛЬНО БЫЛА. Напомним, что низложенный Андроник-Христос садится на корабль и с несколькими спутниками пытается бежать из бунтующей против него столицы. Но бегство не удается. Разразилась буря, корабль был вынужден вернуться, и через несколько часов император был узнан, предан, схвачен и казнен. См. книгу "Царь Славян".

Таким образом, в жизнеописании Андроника-Христа были "два бегства". Первое - в детстве, второе - незадолго до смерти. Причем обстоятельства были схожи. В обоих случаях Христа преследовали непримиримые и коварные враги, не останавливающиеся ни перед чем. Неудивительно, что Филострат спутал эти ДВА БЕГСТВА, попросту, "склеил", отождествил их. В результате у него получился большой и подробный рассказ, начинающийся с бегства в Египет и плавно перетекающий в попытку бегства уже взрослого Иисуса незадолго перед казнью.

Если в начале филостратовского рассказа двое спутников Аполлония-Христа, - а именно, Дамид и Деметрий-Деметра, - соответствуют отцу Иосифу и матери Марии, то во второй половине рассказа эти же два его спутника соответствуют уже иным персонажам. Здесь Дамид - это, как и раньше, апостол Матфей. А испуганный и плачущий Деметрий - это либо опять-таки Богоматерь Мария, либо апостол Иоанн. И Мария и Иоанн сопровождают Христа в его последние дни, присутствуют на Голгофе во время казни. Мария плачет, как и сообщает Филострат, рисуя нам образ расстроенного и плачущего Деметрия-Деметры.

 

47. АПОЛЛОНИЙ-ХРИСТОС ОТКАЗЫВАЕТСЯ ОТ МЫСЛИ О БЕГСТВЕ И СОБИРАЕТСЯ ЯВИТЬСЯ НА СУД РИМСКОГО ПРАВИТЕЛЯ.

Пройдемся теперь по второй половине рассказа Филострата "о бегстве Аполлония", имея в виду, что сейчас мы уже вступаем в события последних дней императора Андроника-Христа, когда он сознательно идет навстречу испытаниям, отвергая бегство. Здесь римский тиран Домициан соответствует, скорее всего, не только царю Ироду II, но и римскому прокуратору Понтию Пилату.

Разворачивается беседа Аполлония-Христа с Дамидом-Матфеем и Деметрием-Марией. Деметрий умоляет Аполлония БЕЖАТЬ от тирана: <<Спасение рядом, ты только глянь, сколько тут кораблей: иные отправляются в Ливию, иные в Египет, иные в Финикию и на Кипр... ВЗОЙДИ НА ЛЮБОЙ И ПЛЫВИ, КУДА ПОЖЕЛАЕШЬ, ТАК БУДЕТ ЛУЧШЕ ВСЕГО! ...

Вполне убежденный речью Деметрия Дамид воскликнул: "Ты верный друг, и очень хорошо для Аполлония, что ты тут! Когда я советую НЕ КИДАТЬСЯ ГРУДЬЮ НА ОСТРЫЙ МЕЧ и не переть против тирана, грозней которого свет не видывал, то от моих разговоров толку выходит немного" ...

Аполлоний отвечал так: "Дамид судит о нынешних обстоятельствах с опаскою, однако же робость его достойна сочувствия - все-таки ОН АССИРИЯНИН и жил в соседстве с мидянами, а в тех местах тиранам покорствуют и о свободе не слишком мечтают. Но что до тебя, Деметрий... ТЫ ОХВАЧЕН СТРАХОМ, и будь даже этот страх основателен, надлежало тебе его преодолеть, а ты, напротив, СТАРАЕШЬСЯ УВЛЕЧЬ СВОИМИ СТРАХАМИ МЕНЯ, КОТОРОГО И НАСТОЯЩИМ-ТО СТРАХОМ НЕ ЗАПУГАТЬ! ... ЖИЗНИ МОЕЙ НИЧТО НЕ ГРОЗИТ, И СМЕРТИ ОТ ТИРАНА Я НЕ ПРИМУ, ДАЖЕ ЕСЛИ БЫ САМ ТОГО ПОЖЕЛАЛ">> [876:2a], с.151.

По-видимому, здесь прозвучала тема будущего Воскресения Христа: "смерти Я не приму".

Далее возникает мотив ПРЕДСТОЯЩЕГО СУДА НАД АПОЛЛОНИЕМ-ХРИСТОМ. Как мы понимаем, суда Пилата.

Аполлоний предсказывает: <<"Тираны бывают двух родов: одни убивают без суда, другие - после судебного дознания... Более жестоко создавать ВИДИМОСТЬ СУДА и казнить человека словно бы по закону... Нынешний тиран, как я вижу, сейчас следует именно такому образцу, однако же кончит он, по-моему, беззаконием...

Вот сейчас от меня зависит участь столь знатных мужей, а я сбегу от опасного всем нам суда - да найдется ли на земле место, где сумел бы я избавиться от бесчестия? Положим, что ты все сказал верно, и я послушался, А ИЗГНАННИКОВ ПРИРЕЗАЛИ, - неужто и тогда пожелает мне хоть кто-нибудь доброго плавания? К какому берегу мне править? Куда деваться? Боюсь, впору мне тогда вовсе покинуть Римскую державу и искать гостеприимства у таких друзей, которые живут подальше...

Ну, каково тебе, Деметрий, это слушать? ТЫ ВРОДЕ БЫ ПОКРАСНЕЛ? А вообрази-ка, что бежал я в Индию и явился к Фраотру, - как я ему в глаза погляжу? Как объясню свое бегство?...

Я знаю, Деметрий, как хорошо умеешь ты ловить на слове, и уже готов к такому, например, твоему возражению: "А ты и не ходи к ним, иди к незнакомым, и тогда БЕГСТВО ТВОЕ БУДЕТ УСПЕШНЫМ, ибо куда проще затаиться среди чужих". Что ж, обсудим, стоит ли доверять подобному мнению>> [876:2a], с.151-152.

Далее Аполлоний разбивает доводы Деметрия и говорит, что никуда бежать он не собирается, а явится на суд правителя. То есть, как мы теперь понимаем, на суд Пилата.

"Дамид, по собственным его словам, был столь увлечен вышеприведенной речью, что вновь взбодрился и осмелел, да и Деметрий бросил увещевать Аполлония, но напротив, сочувственно похвалив сказанное, сопроводив добрыми напутствиями как опасное предприятие, так и самое философию, ради коей ЯВИЛАСЬ СТОЛЬ ВЕЛИКАЯ ОТВАГА" [876:2a], с.153.

 

48. СЛЕДЫ ТАЙНОЙ ВЕЧЕРИ.


рис.1.77

Далее следует интересный сюжет. Как мы понимаем, согласно Евангелиям, здесь по ходу событий должна состояться Тайная Вечеря, на которой Христос с учениками ужинают в последний раз перед арестом Иисуса, рис.1.77. Отразилась ли Тайная Вечеря в этом месте труда Филострата? В прямом виде нет, однако совершенно ясный намек имеется. Судите сами.

Отказавшись от мысли склонить Аполлония к бегству, Деметрий обращается к нему и Дамиду со следующим предложением. <<Он позвал товарищей туда, ГДЕ САМ БЫЛ НА ПОСТОЕ, однако же Аполлоний приглашения не принял, возразив: "УЖЕ СМЕРКАЕТСЯ, а мне надобно отчалить в Римскую гавань, ПОКА ЗАЖИГАЮТ СВЕТИЛЬНИКИ... ПООБЕДАЕМ-КА ЛУЧШЕ ПОТОМ, КОГДА ВСЕ УЛАДИТСЯ, а сейчас против тебя даже могут состряпать обвинение, будто ТЫ ОТКУШАЛ С ГОСУДАРСТВЕННЫМ ИЗМЕННИКОМ! Ты и на пристань нас не провожай, а то еще донесут, что ты со мною в сговоре"... Деметрий и с этим согласился: обнял обоих и ушел, то и дело оглядываясь и УТИРАЯ СЛЕЗЫ>> [876:2a], с.153.

По-видимому, в старинном оригинале, который обрабатывал Филострат или его редактор, прямо говорилось о ВЕЧЕРНЕМ УЖИНЕ ХРИСТА С УЧЕНИКАМИ, то есть о Тайной Вечере. Но данный сюжет слегка исказили и получилось следующее: якобы было высказано лишь ПРЕДЛОЖЕНИЕ ПОУЖИНАТЬ ВЕЧЕРОМ, ПРИЧЕМ В ТАЙНЕ ОТ ОКРУЖАЮЩИХ, однако Аполлоний-Христос, мол, отказался. Итак, все ключевые слова о Тайной Вечере здесь сказаны, но слегка смазаны фиктивным отказом Аполлония.

 

49. ПОЯВЛЯЕТСЯ ЕВФРАТ - СНАЧАЛА ЯКОБЫ ДРУГ, А НА САМОМ ДЕЛЕ, ТАЙНЫЙ ЗАВИСТНИК И ПРОТИВНИК АПОЛЛОНИЯ. ЭТО - ОТРАЖЕНИЕ ИУДЫ ИСКАРИОТА.

Вернемся немного назад по труду Филострата. В начале его пятой книги на передний план выступает важный персонаж, ранее находившийся как бы в тени. Это - Евфрат, будто бы УЧЕНИК И ДРУГ АПОЛЛОНИЯ, а на самом деле - тайный завистник и интриган. Вскоре его зависть и ненависть к Аполлонию выльются наружу, и он станет его открытым врагом. Трения между Аполлонием и Евфратом начались давно. Оказывается, Аполлоний ОТЧИТЫВАЛ Евфрата "за измену философии" [876:2a], с.42.

Как мы покажем, филостратовский Евфрат - это отражение апостола Иуды Искариота, предавшего Христа.

А начиналось все так. Аполлоний прибывает к римскому императору - якобы к Веспасиану, и доброжелательно представляет ему своих коллег-философов - Евфрата и Диона. Дион называет себя УЧЕНИКОМ Аполлония [876:2a], с.114. Поэтому, вероятно, и Евфрат считался учеником Аполлония.

По-видимому, в данном разделе труда Филострата "римский император Веспасиан" соответствует евангельскому Понтию Пилату. Он относится к Аполлонию-Христу весьма положительно, просит его советов, прислушивается к его мнению.

Итак, Аполлоний обращается к императору со словами: <<"Государь, у дверей дожидаются Евфрат и Дион, давние твои почитатели... Позови их присоединиться к нашей беседе, ИБО ОНИ ОНИ МУДРЫЕ МУЖИ". - "Для мудрецов мои двери всегда настежь, - отвечал тот, но перед тобою надобно распахнуть также и сердце">> [876:2a], с.109.

Таким образом, Аполлоний относился первоначально к Евфрату исключительно тепло - рекомендовал его правителю как МУДРОГО МУЖА. Аналогично, согласно Евангелиям, Иуда Искариот сначала был АПОСТОЛОМ Христа, то есть его близким учеником и другом. Но потом он предал Учителя. Буквально то же самое вскоре расскажет и Филострат про Евфрата: бывший друг напишет донос на Аполлония и предаст его.

Первая трещина в отношениях между Аполлонием и Евфратом случилась именно во время той самой их встречи с императором Веспасианом, на которую Аполлоний неосторожно пригласил Евфрата и Диона. Аполлоний стал излагать императору свои взгляды на власть. <<Евфрат уже и ранее ТАЙНО ЗАВИДОВАЛ Аполлонию, ибо видел, что император привержен к тому сильнее, чем паломник к оракулу, но тут он вскипел через край и воскликнул громче, нежели допускают приличия: "Нельзя лестью распалять похоти!">> [876:2a], с.109.

Дион поддержал Евфрата. Выслушав их сумбурные речи, Аполлоний возразил: "По-моему, вы всуе рассуждаете с государем о делах, уже вполне решенных, И ВПАДАЕТЕ В РЕБЯЧЕСКОЕ ПРАЗДНОСЛОВИЕ, отнюдь не сообразное с нынешним положением вещей" [876:2a], с.111.

Так возник раскол между Аполлонием и Евфратом. Пока он скрыт под маской дружелюбия, но в дальнейшем будет лишь углубляться.

Евфрат обиделся на слова Аполлония и заговорил так: <<"Я согласен с этим поучением - да и возможно ли мне достигнуть большего противными наставлениями? И все же, государь... принимай и привечай естественные науки, но держись подальше от так называемой богодухновенности! Поистине, этим-то способом нас и морочат, внушая нам множество глупостей о делах божеских". ЭТО БЫЛО СКАЗАНО ПРОТИВ АПОЛЛОНИЯ, однако тот оставил вышеприведенные слова без внимания и, завершив беседу, удалился вместе с учениками.

ЕВФРАТ ХОТЕЛ БЫЛО ЕЩЕ КРЕПЧЕ ОБРУГАТЬ УШЕДШЕГО, но император это заметил и оборвал его... Вот так-то Евфрат ненароком себе навредил, ибо император распознал в нем ЗАВИСТЛИВОГО НАГЛЕЦА, разглагольствовавшего в защиту народоправства не по убеждению, но лишь наперекор государственным понятиям Аполлония. Впрочем, Веспасиан ничем не проявил своего гнева и Евфрата за слова его корить не стал...

ЧТО ДО АПОЛЛОНИЯ, ТО ИМПЕРАТОР НЕ ТОЛЬКО К НЕМУ САМОМУ ИСПЫТЫВАЛ ПРИЯЗНЬ, но еще любил повествования его о старине... описания индийских рек и населяющих Индию зверей, пророчества и все, что явили ему боги касательно державы... Он звал Аполлония сопутствовать ему, однако тот приглашение отклонил>> [876:2a], с.113-114.

Итак, перед нами - отражение евангельского Пилата, Христа и Иуды Искариота.

 

50. ЕВФРАТ-ИУДА ЖАДЕН, ВЫПРАШИВАЕТ У ПРАВИТЕЛЯ ДЕНЬГИ И ОБРУШИВАЕТСЯ С ОБВИНЕНИЯМИ И КЛЕВЕТОЙ НА АПОЛЛОНИЯ-ХРИСТА.

Если Евфрат - это евангельский Иуда Искариот, то должна всплыть тема его жадности, тема неправедных денег. И действительно, она появляется. Причем практически сразу, как только Филострат начинает свое повествование о Евфрате. Во время беседы римского императора с Аполлонием, Евфратом и Дионом, происходит следующая многозначительная сцена. Император предлагает Аполлонию подарки, но тот отказывается со словами: <<"Лучше позаботься об этих вот людях, государь, - ПОХОЖЕ, ИМ ЧТО-ТО НУЖНО, - и он указал на Евфрата и его товарищей, коим император и велел просить смелее... Он обратился к Евфрату, У КОЕГО БЫЛО УЖЕ СОСТАВЛЕНО ПИСЬМЕННОЕ ПРОШЕНИЕ - прошение это он подал государю, чтобы тот прочитал его про себя, но государь, желая каждому дать высказаться, прочитал написанное вслух: Евфрат просил и за себя, и за других, А В ПОДАРОК ПРОСИЛ ДЕНЬГИ И ЗАЕМНЫЕ ПИСЬМА. Тут Аполлоний со смехом промолвил: "Выходит, проповедуя народоправство, ТЫ СОБИРАЛСЯ СТОЛЬКО ВСЕГО ВЫПРОСИТЬ У САМОДЕРЖЦА?"

Вот с этого-то происшествия, как я выяснил, И ПОШЕЛ РАЗДОР МЕЖДУ АПОЛЛОНИЕМ И ЕВФРАТОМ. Когда император уехал, они схватились друг с другом в открытую: ЕВФРАТ ЯРОСТНО БРАНИЛСЯ, Аполлоний мудро уличал. Все, в чем обвинял он Евфрата, преступившего философские правила, можно узнать из писем Аполлония к Евфрату, коих множество, а сам я об Евфрате распространяться не намерен... Что же до рассказа, будто во время препирательства ЗАМАХНУЛСЯ ОН НА АПОЛЛОНИЯ ПАЛКОЙ, да так и не ударил, то такой итог многие приписывали увертливости побиваемого, а по-моему, его следует приписать здравому смыслу: благодаря коему ОБИДЧИК все-таки сдержал и победил свой гнев" [876:2a], с.114-115.

Отсюда ясно видно, что Евфрат-Иуда был жаден до денег, не стеснялся их выпрашивать, перестал уважать своего учителя Аполлония, даже замахивался на него палкой, бранился и вообще обижал. Тот отвечал ему спокойно, не опускаясь до брани.

Евфрат не гнушался и низкими интригами против своего прежнего покровителя Аполлония. Вот один из таких примеров. "Тут же Дамид описывает одно предприятие Евфрата - по нашему разумению, не столько ребяческое, сколько НЕДОСТОЙНОЕ ЗВАНИЯ ФИЛОСОФА. Евфрату не раз доводилось слышать, что Аполлоний хочет сравнить египетскую мудрость с индийской, и вот он (Евфрат - Авт.) послал к Нагим Фрасибула из Навкратиса, ДАБЫ ТОТ ОКЛЕВЕТАЛ ТИАНИЙЦА (Аполлония - Авт.). Тот явился... и рассказал, что собирается-де к ним тианиец и что будет-де у него с ними изрядное прение, ибо мнит он себя мудрее премудрых индусов, коих поминает при каждом слове, и что готово-де у него для Нагих десять тысяч обвинений и что не уступит-де он ни солнцу, ни небу, ни земле, ИБО САМ ИМИ ДВИЖЕТ И ПРАВИТ, И ВОРОЧАЕТ, КАК ХОЧЕТ. Измыслив все это, навкратиец ушел, а Нагие поверили, что рассказал он правду" [876:2a], с.120-121.

Таким образом, Евфрат оклеветал Аполлония. Когда Аполлоний явился к Нагим, те стали уклоняться от встреч и бесед с ним, ссылаясь будто бы на занятость. Так продолжалось довольно долго, пока, наконец, ложь и клевета Евфрата не всплыли на поверхность. Когда все прояснилось, Аполлоний был весьма изумлен и сильно задет этой историей. Летописец Дамид-Матфей выразился по сему поводу так: "Тут не обошлось без ПОДЛОГО ПЛУТОВСТВА" [876:2a], с.121.

Когда подлость Евфрата вскрылась, то <<Аполлоний оставался в изумлении от этих слов, ибо ничего не слыхал об изветах Фрасибула и Евфрата, но затем, как и всегда с ним бывало, сообразил, что именно случилось и отвечал: "А вот индусам, Феспесион, и огорчаться бы не пришлось, ибо... они и слушать бы не стали ЕВФРАТОВА ВРАНЬЯ! Что до меня, то НИКАКОЙ ЛИЧНОЙ ВРАЖДЫ С ЕВФРАТОМ У МЕНЯ НЕТ, НО ПОНАЧАЛУ ОТВРАЩАЛ Я ЕГО ОТ СТЯЖАТЕЛЬСТВА И ПОРИЦАЛ ЗА СТРАСТЬ ИЗ ВСЕГО ВЫКОЛАЧИВАТЬ ДЕНЬГИ, а затем понял, что советы мои ему без пользы и следовать им он не в силах, - однако он почел это для себя бесчестием и ТЕПЕРЬ НЕ УПУСКАЕТ СЛУЧАЯ МЕНЯ ОКЛЕВЕТАТЬ. Ежели все его изветы против нрава моего показались вам убедительны, знайте: вас он опозорил больше, чем меня... ИЗ-ЗА ЕВФРАТА вы перестали быть мудрецами. Разве могут почитать себя мудрецами ОБМАНУТЫЕ ВРАЛЕМ? Разве не отступились они от мудрости ради ЛЖИ ЛЖЕЦА? ... Я ОКЛЕВЕТАН И НАДОБНО МНЕ ОТБИТЬСЯ ОТ КЛЕВЕТНИКОВ!" - воскликнул Аполлоний>> [876:2a], с.128-129.

Нападки Евфрата на Аполлония не прекращались, а только усиливались. Филострат сообщает: "Когда Аполлоний воротился из Эфиопии в Александрию, то начался у него раздор хуже прежнего, так что ДНЯ НЕ ПРОХОДИЛО БЕЗ СПОРА. Впрочем, словопрения Аполлоний доверял Мениппу и Нилу, а сам лишь изредка тратил время на Евфрата" [876:2a], с.138.

Итак, Евфрат-Иуда далеко ушел от прежнего своего состояния почтительного ученика и превратился в злобного ненавистника, стремящегося всеми средствами разрушить влияние Аполлония-Христа. Все это прекрасно отвечает евангельской характеристике Иуды Искариота.

Тема денег, как-то связанных со смертью Аполлония-Христа, звучит на страницах Филострата еще и в таком виде. Сразу после перечисления разных версий гибели Аполлония и его Воскресения, Флавий Филострат неожиданно говорит следующее: <<Дамид пришел посоветоваться о деньгах - после путевых издержек денег осталось самая малость. "Завтра я об этом позабочусь", - пообещал ему Аполлоний, а на следующий день, ЯВИВШИСЬ В ХРАМ, СКАЗАЛ ЖРЕЦУ: "ДАЙ МНЕ ТЫСЯЧУ ДРАХМ ИЗ ЗЕВСОВЫХ ДЕНЕГ, ежели не опасаешься, что такой заем для него в тягость". - "Отнюдь, ОТВЕЧАЛ ЖРЕЦ, - но скорее будет ему в тягость, ежели не возьмешь ты побольше">> [876:2a], с.190-191.

В книге "Царский Рим в Междуречье Оки и Волги" мы отмечали, что старинные летописцы, близкие к раввинско-иудейской традиции, иногда путали Христа и Иуду Искариота. След такой путаницы всплывает сейчас и у Филострата. Он ошибочно счел, что сам Христос ЯВИЛСЯ В ХРАМ И ПОТРЕБОВАЛ ДЕНЕГ, А ЖРЕЦ ХРАМА ТУТ ЖЕ ВЫДАЛ ПРОСИМОЕ, причем предложил даже взять побольше. На самом же деле, как мы теперь понимаем, в храм явился Иуда Искариот и взял от первосвященников, то есть жрецов храма, плату за предательство Иисуса. Причем, по Филострату, просителю были выданы не какие-нибудь, а именно ЗЕВСОВЫ ДЕНЬГИ. Но ведь "античный" Зевс, как мы уже неоднократно говорили, это одно из отражений Андроника-Иисуса. Следовательно, тут речь идет об ИИУСОВЫХ ДЕНЬГАХ. Получается, что речь шла о ПЛАТЕ ИУДЕ ЗА ПРЕДАТЕЛЬСТВО ИИСУСА. Но Филострат уже подзабыл суть дела. Поэтому об иисусовых-зевсовых деньгах, выданных жрецом в храме, упомянул, а вот кому их вручили - запутался. Вместо Иуды ошибочно назвал самого Иисуса.

Кстати, в труде Флавия Филострата лишь об Евфрате говорится, что он очень жаден. Больше ни одного подобного персонажа не описано. И в Евангелиях тоже лишь про Иуду сказано, что он был жаден и предал ради денег.

Тема исключительной жадности Евфрата-Иуды ярко представлена и в "Письмах" Аполлония Тианского. Так именуют несколько кратких текстов, написанных и направленных будто бы самим Аполлонием к разным людям. Среди них есть несколько посланий к Евфрату-Иуде. В них, в частности, говорится следующее.

<<К Евфрату: ... ТЫ И ТАК УЖЕ СКОПИЛ МЕГАБИЗОВЫ БОГАТСТВА...

Отправился ты, имея при себе лишь одежу да седую бороду по пояс... Как же вышло, что нынче ты приплыл на корабле, БИТКОМ НАБИТОМ СЕРЕБРОМ И ЗОЛОТОМ, и всяческой рухлядью, пестрым тряпьем и прочими побрякушками, не говоря уже о спеси, бахвальстве и злонравии? Что это за товар и что за новый способ торговли?...

Вот тебе слова из послания императора: "ЕВФРАТ УРВАЛ И СНОВА УРВАЛ" ...

Я спрашивал богачей, ожесточаются ли они сердцем, и они отвечали: "А как же иначе?" Тогда я спрашивал о причине таковой неизбежности - и они винили богатство. НУ, А ТЫ, ГОРЕМЫКА, ЛИШЬ НЕДАВНО ВЫСКОЧИЛ В БОГАЧИ">> [876:2a], с.198-199.

Последнее замечание Аполлония становится теперь понятно. Действительно, Иуда "стал богатым", то есть получил свои тридцать сребренников за предательство буквально перед самым арестом Христа, то есть "лишь недавно".

Далее Аполлоний вплетает в тему денег также свое осуждение Евфрата за то, что тот, оказывается, оговаривал Пифагора. То есть, как мы теперь понимаем, Аполлония-Христа. Сказано так: "К Евфрату: Премудрый Пифагор тоже был из божественного племени! А вот ты все еще, по-моему, весьма далек от любомудрия... ИНАЧЕ НЕ СТАЛ БЫ ТЫ НИ ОГОВАРИВАТЬ САМОГО ПИФАГОРА, ни упорствовать в ненависти к кому-либо из его последователей. Тебе следует заняться чем-нибудь другим, ибо в философии ты дал промашку...

Кое-кто бранит тебя, ЗАЧЕМ ТЫ ВЗЯЛ ДЕНЬГИ У ИМПЕРАТОРА" [876:2a], с.206.

Таким образом, трудно сомневаться в том, что в образе Евфрата на страницах Филострата выведен евангельский Иуда Искариот.

Главная страница
Оглавление книги ПОТЕРЯННЫЕ ЕВАНГЕЛИЯ
Подписи к рисункам
Продолжение >>